Офис

г.Минск, ул.Кропоткина 108-А,офис 6Н
Схема проезда к офису

Тел./Факс:
+37517 239-29-22
Velcom:
+37517 239-29-22
MTС:
+37529 777-70-21

E-mail: inreso@yandex.ru

Новости и события

Страницы: 1 2 3 4 5

Саснович выбыла в первом круге турнира в Истборне, потерпев 5-е поражение подряд

Увеличить изображение

 В стартовом поединке Александра Саснович (№36 WTA) в трех сетах проиграла представительнице Швеции Ребекке Петерсон (№64 WTA) — 6:4, 3:6, 2:6.

Это пятое подряд поражение Александры Саснович в матчах одиночного разряда с 8 мая, когда белоуска начала серию неудач поединком против первой ракетки планеты Наоми Осаки в 1/8 финала турнира в Мадриде.

Источник: TUT.BY

23 Июня 2019

Саснович проиграла Винус Уильямс на турнире в Бирмингеме

Увеличить изображение

 В первом сете соперницы сделали на двоих пять брейков в девяти геймах, но чаще на подаче соперницы преуспевала Винус (три брейка против двух), что и позволило ей повести в счете.

Во второй партии теннисистки подавали стабильнее, но один брейк все-таки состоялся. Увы, его себе в актив записала американка.

Таким образом, на турнирах Бирмингеме и Мальорке все белоруски проиграли в первом раунде одиночного разряда.

Источник: TUT.BY

19 Июня 2019

Азаренко вернулась к топ-тренеру неуверенной в себе, а теперь играет на уровне топ-5. Что произошло?

Увеличить изображение

 «Благодарен отцу Ким Клейстерс, ведь он дал мне шанс, и я уже десять лет как тренер в женском туре»


— Как вы стали тренером?


— О, это ин­те­рес­ная история. Около полутора лет я играл сам, но на этом все. Решил учиться на тренера, стал на­бирать­ся практики как тренер для маленьких детей. Нашел работу. И вот однажды во время турнира Женской теннисной ас­со­ци­ации в Бельгии, где я находился в качестве спарринг-партнера, поз­на­комил­ся с Ким Клейстерс (экс-первая ракетка мира и впоследствии че­тырехк­рат­ная чемпионка «Шлемов». — Прим. TUT. BY). Всю неделю мы спарринговали, и затем она сказала: «Слушай, а давай ты будешь мне помогать и дальше, когда я буду приезжать в Бельгию!» — «Да, отлично».


Я продолжал работать на прежнем месте, а от Ким поступали все новые и новые предложения. Ну там, а не мог бы ты съездить со мной на несколько турниров? Да, конечно. Я брал выходные и ехал с ней. Наше сот­рудни­чест­во ста­нови­лось все более продуктивным. Мне нравилось. Для меня было честью помогать Ким до­бивать­ся целей. Находясь в туре, видел много известных тренеров. Например, Свена Гре­нефель­да (тренировал Монику Селеш, Ану Иванович, Марию Шарапову. — Прим. TUT. BY). Смотрел на этих ребят и думал, что хочу за­нимать­ся тем же, что делают они.


Очень скоро я оставил прежнюю работу. Этот шаг и все следующие были ин­вести­ци­ями в мою карьеру в теннисе. Я ходил на семинары для тренеров, получил все возможные сер­ти­фика­ты в Бельгии, прочел все книги по теме. Вот так сфор­ми­ровал свои взгляды на то, каким должен быть тренер.


А что касается Ким, то она при­ос­та­нови­ла карьеру из-за рождения ребенка. В это время я стал тренировать. Поработал с Яниной Викмайер и Кирстен Флипкенс, съездил с ними на несколько турниров. В начале 2009 года Ким попросила меня стать ее постоянным тренером. В тот же год она выиграла первый турнир серии Большого шлема после родов, став лучшей тен­ни­сист­кой на открытом чем­пи­она­те США. С тех пор прошло десять лет. Выходит, что я уже десять лет как тренер в женском туре, так что 2019-й в этом смысле особенный для меня год.


— Почему Ким выбрала вас?


— Думаю, приг­ла­сить меня в команду было решением ее отца. Я из тех ребят, с кем легко общаться. Мы с Ким быстро нашли общий язык. Наверняка отец Ким оценил и такие мои качества, как честность, тру­долю­бие и желание показать максимум. Понятно, что многие вещи стали для меня в новинку при работе тренером на высшем уровне и я учился по ходу. Бла­года­рен отцу Ким, ведь он дал мне шанс.


— Помимо US Open-2009 вместе с Ким вы выиграли турниры в Майами, Цин­цинна­ти и следующий US Open, а также итоговый чемпионат. Как вы этого добились?

— В основе успеха — несколько вещей. Прежде всего, Ким была су­пер­мо­тиви­рова­на преуспеть во второй карьере (второй карьерой Вим называет этап карьеры после родов. — Прим. TUT. BY). У нее на руках был ребенок, и она хотела стать лучшей тен­ни­сист­кой мира, хотела выиграть турнир Большого шлема как игрок-мать. Кроме того, Ким была прек­расным игроком до родов, а вернувшись в тур, хотела совершенствоваться. Думаю, что до 2007 года Ким была очень сильна, а начиная с 2009-го являлась вы­да­ющим­ся игроком и, возможно, лучшей тен­ни­сист­кой мира на тот момент.

— Идеи Кройфа и Гвардиолы делают их лидерами тре­нерс­кой профессии в футболе. На ком учились вы?

— В теннисе сложно говорить о персоналиях. Мы видим тренеров, которые сот­рудни­ча­ют с разного типа игроками, но не видим, что они делают. Тренеры не рассказывают о том, как, допустим, сделать из 30-й ракетки мира игрока — лидера рейтинга. В этом прин­ци­пи­аль­ное отличие тенниса от футбола.

Я знал, чего хочу, но и думать не думал о том, чтобы ко­пиро­вать кого-то из тренеров. Как уже говорил, я шел по другому пути: семинары, общение с практикующими тренерами, чтение книг о технике и тактике, об аспектах психологии. Взял ото всюду по чуть-чуть и сформировал свой собс­твен­ный стиль.

— Сильно ли изменился женский теннис с 2009 года?

— Очень сильно. Смотрите, суммы призовых, особенно на турнирах Большого шлема, растут. Игрок из конца первой сотни мирового рейтинга, одержав победу в первом раунде, может неплохо заработать. И, конечно, если ты используешь эти деньги как ин­вести­ции в людей, которые могут сделать тебя лучше, твой уровень игры ста­новит­ся выше. Много игроков ездят по туру с тренерами, кто-то берет с собой тренера по физподготовке. Так или иначе фи­зичес­кая под­го­тов­ка играет все большую роль в теннисе, и разница в классе между игроками из топ-10 и топ-30, между топ-30 и топ-50 сокращается.

«Меня никогда не бросали, так что новость о беременности Вики стала большим шоком для меня»

— В чем осо­бен­ность работы тренера с игроком-матерью?

— Для начала тренеру не­об­хо­димо принять, что отныне для такого игрока теннис не стоит на первом месте в жизни, как для 18-летнего игрока, который только и думает о теннисе. За плечами у Ким и Вики Азаренко до родов было много побед, у них богатый опыт. Обе были прек­расны­ми игроками, прежде чем вернулись в тур. Им не нужно тре­ниро­вать­ся днями напролет. Им больше подходят короткие сессии, в которых они делают именно то, что необходимо. Отсюда наше с Викой решение перейти на режим од­но­разо­вых тренировок.

Обычно первую часть дня мы проводим за тренировками, а после полудня — время для семьи. С восьми утра до часу дня можно сделать все то, на что другим пот­ре­бу­ет­ся целый день.

Структура тре­ниро­воч­но­го дня при работе с игроком-матерью иная, но, говоря про мотивацию, не могу не отметить, что она такая же, как у игрока без детей, а то и выше. Игроки с детьми хотят подавать детям хороший пример.

— Понимаете ли вы лучше Вику, будучи отцом двоих детей?

— У нас с Викой и без того очень хороший контакт, что показало сот­рудни­чест­во в период с 2015-го по 2016 годы. Мы понимаем друг друга. Вика понимает мои отцовские чувства и нужды. Я тоже должен иногда бывать дома. Иной раз семья приезжает на турниры. В свою очередь я представляю, что значит быть матерью и путешествовать вместе с ребенком и какие могу воз­никнуть трудности.

— Какие?

— Бывает, что все прекрасно. Ребенок здоров и весел. Но случаются дни, когда ребенок болеет или в плохом настроении. Или он не спал и не давал спать матери, так как громко плакал. И, конечно, игрок как мать приходит по­дав­ленной на тренировки. Ее боль пе­рено­сит­ся на корт. В такие моменты трудно кон­цент­ри­ровать­ся на работе. Что поделать? Это часть жизни.

— Вы поладили с Лео, сыном Вики?

— Ха, я думаю, что мы друзья! Мои дети были вместе с нами в Майами в этом году, и мой старший сын играл с Лео. Они тоже большие друзья, у них общая страсть к игрушечным машинкам.

— Впервые вас заметили в компании Азаренко в 2015 году на турнире в Дохе. Расскажите, как вы стали ее тренером?

— Это тоже очень интересно. Моя жена тогда была беременна. Мы ждали появления на свет первого ребенка. Я рассчитывал на то, что отныне буду на­ходить­ся дома и работать в академии тенниса. Считал, что не­воз­можно сочетать ко­ман­ди­ров­ки прак­ти­ку­юще­го тренера с отцовством. Не было обратных примеров. У всех топ-тренеров в теннисе нет детей.

Сперва я не рассматривал пред­ло­жение войти в команду Вики как воз­можность для себя. Ее агент позвонил мне со словами: «Вика за­ин­те­ресо­вана в сотрудничестве с вами». «Ух ты, это большая честь», — подумал я. Вика — одна из лучших тен­ни­сис­ток мира за последние пят­надцать лет. «Увы, это невозможно, так как моя жена беременна и я не могу разъез­жать по свету», — ответил. Оказалось, что это вовсе не проблема и что Вика понимает мое положение. Я был удивлен! Ну что ж, давайте посмотрим, что получится из этой затеи!

В тот же день, когда мне звонил агент, я поговорил по телефону с Викой. Она позвонила, и у нас был очень открытый разговор. Вика еще раз повторила, что мои семейные обс­то­ятель­ства не станут препятствием. Она сказала: «Если ты можешь уделить мне 25 недель в году, великолепно. Меньше — тоже хорошо. Твоей семье будут всегда рады, если ты захочешь привезти ее на турниры». Превосходные условия. Мы встретились с Викой в Дохе и сразу поладили.

— Правда ли, что ваше сот­рудни­чест­во с Викой началось с испытательного срока?

— Нет-нет, мы сразу обо всем договорились. У нее никогда не было повода думать, что, возможно, она приняла неп­ра­виль­ное решение.

— Когда вы стали работать с Викой в 2015 году, она на­ходи­лась в кризисе.

— Да, восс­та­нав­ли­валась после травм. За­нима­лась тем, чтобы укрепить тело. При этом в Дохе, где мы впервые работали вместе, Вика сыграла в финале. На следующих турнирах жребий сводил ее с сильными соперниками, что очень на­поми­на­ет ситуацию в 2019-м.

Дело в том, что Вика относится к игрокам, которым не­об­хо­димо провести несколько матчей на турнире, чтобы обрести уве­рен­ность и быть эффективной. А теперь давайте вспомним, с кем Вика играла в 2015-м. Свой второй матч на Индиан-Уэллс она провела против Марии Шараповой (проиграла — 4:6, 3:6. — Прим. TUT. BY). Затем в Майами Вика проиграла Флавии Пеннетте (6:7, 6:7. — Прим. TUT. BY). Ладно, проехали, ее она должна была побеждать. Потом мы поехали в Мадрид, и в третьем раунде Вика сыграла с Сереной Уильямс (6:7, 6:3, 6:7. — Прим. TUT. BY). В Риме снова дос­та­точ­но рано Вика со­пер­ни­чала с Марией Шараповой (3:6, 2:6. — Прим. TUT. BY). В третьем раунде «Ролан Гаррос» и на Уимблдоне Вика провела трех­се­товые матчи с Сереной. Ну знаете, таким игрокам можно проиграть! Я чувствовал, что, несмотря на ранние выбывания, Вика ста­новит­ся сильнее и что, если исключить фактор неб­ла­гоп­ри­ят­ных жеребьевок, мы двигались в правильном направлении.

Вика умная, не то чтобы очень эмоциональная. Просто задает себе вопрос о том, раз­ви­ва­ет­ся она или нет. И отвечая да, она понимает, что ре­зуль­та­ты придут. В начале 2016 года все сошлось.

— Тогда Вика взяла три титула и потерпела всего одно поражение от будущей по­беди­тель­ни­цы открытого чем­пи­она­та Австралии. Вика шла по графику первой ракетки мира.

— Ее теннис и годом ранее был хорош, но мешали травмы. А в предсезонку Вика проделала не­веро­ят­но тяжелую работу и подошла к первому турниру су­перз­ре­лой для того, чтобы побеждать. Она была уверена в себе и практически непобедимой.

— У Вики были основания пре­тен­до­вать на золото Олим­пий­ских игр в Рио-де-Жанейро…

— Да.

— …но затем она сообщала вам о беременности. Какой была ваша реакция?

— Помаете, это жизнь. Такие вещи случаются. Меня никогда не бросали, так что новость о беременности Вики стала большим шоком для меня, разочарованием. Я видел Вику на пути к победе на «Шлемах» и званию первой ракетки мира. Это выглядело заманчиво, но ничего не оставалось, как сказать: «Ладно. Мы проделали хорошую работу…»

— Как вы расстались с Викой в 2016-м?

— Говорили несколько раз по телефону, обсуждая воз­можность работать вместе в будущем. Вика не могла знать, как все сложится: как пройдут бе­ремен­ность и роды, родится ли ребенок здоровым. Много вопросов, так что нельзя было зап­ла­ниро­вать что-либо. Из сложившейся ситуации имелся только один выход: Вика фо­куси­ру­ет­ся на скором рождении ребенка, а я занимаюсь развитием собс­твен­ной карьеры. Так и было.

«После работы с Викой приходишь к другому игроку и… Хм, что-то не то. Таких, как Вика, немного. Очень мало»

— После того как Вика забеременела, вы пошли в команду Петры Квитовой. Получилось ли?

— Примерно в начале июля 2016-го я узнал о беременности Вики. К тому моменту за­вер­шился Уимблдон. Сезон в разгаре. Было не так много свободных игроков. А таких, которые интересны мне, еще меньше.

Агент Петры настаивал на том, чтобы она поп­ро­бова­ла по­рабо­тать со мной. У нас с Петрой хорошие отношения. Она милая девушка и невероятный игрок. Тем не менее ей было сложно выйти из зоны комфорта. Для нее важно, чтобы ок­ру­жа­ющие люди говорили по-чешски. Если обратите внимание, боль­шинс­тво игроков из Чехии работают с чешскими тренерами. Каролина Плишкова, пожалуй, единственная, у кого по-другому. Мы с Петрой хорошие друзья, но сотрудничество как таковое у нас не получилось.

— Дальше вы работали с Ангеликой Кербер, верно?

— Сначала с Йоханной Контой. С Йоханной начали работать в конце 2016 года.

После того что у нас было с Викой в 2015-м и 2016 годах, я проводил много параллелей, будучи тренером других игроков. Вику отличают коммуникабельность, тру­долю­бие и чемпионский характер, который она проявляет на корте. А потом ты такой приходишь к другому игроку и… Хм, что-то не то. Таких, как Вика, немного. Очень мало.

Работать с Йоханной было по-своему интересно. Результаты? Неплохо, но и не отлично. Мы провели хороший сезон, в котором она сыграла в полуфинале Уимблдона, выиграла турнир в Майами и поднялась на четвертое место в рейтинге. В конце года мы сели, чтобы поговорить, продолжаем ли мы сотрудничество. Нам не удалось достичь взаимопонимания, и мы расстались.

— Почему? Вы не верили, что Йоханна станет первой в мире? После вашего ухода из команды Конты она выпала из топ-10 и до последнего времени на­ходи­лась на нижней границе топ-50.

— (Долго думает.) Нет. Я всегда стараюсь сделать игрока сильнее и ищу воз­можность для него стать лучше. Я считал, что Йоханне следует добиться большей эф­фектив­ности нес­коль­ких ударов. Бэхенд должен быть лучше, как и форхенд. Она считала, что в этом нет необходимости.

Она полагала, что ей нужно окрепнуть психологически, чтобы вы­иг­ры­вать в решающие моменты. У нас были разные мнения насчет ее развития. Конечно, мне нравится следовать своим путем, и если в моих пред­ло­жени­ях не видят смысла… В моем предс­тав­ле­нии мы могли прийти к тому, что через победы над игроками из топ-10 и топ-5 Йоханна выиграла бы турнир Большого шлема.

— Год назад Ангелика Кербер под вашим ру­ководс­твом стала лучшей на Уимблдоне. Казалось, у вас все хорошо, и все же вы не про­рабо­тали с ней долго. Почему?

— Вместе с Ангеликой мы провели хороший сезон. Я тренировал вторую ракетку мира, которая выиграла Уимблдон. Время после Уимблдона, который был турниром ее мечты, оказалось сложным периодом для Ангелики. Я чувствовал, что она больше не была мо­тиви­рова­на на сто процентов. Так было в Монреале, Цинциннати, на US Open и в Пекине. Мне было непонятно, почему так. Если я отдаюсь делу на сто процентов и вижу, что мой игрок вык­ла­дыва­ет­ся на пятьдесят, то это проблема.

В конце прошлого года я говорил с Ангеликой о возможности работать вместе дальше. Думаю, причина, по который мы не пришли к соглашению, находится в финансовой плоскости. Это часть тенниса.

— Вика обыграла Ангелику в Монтеррее в этом году. Признайтесь, использовали ли вы опыт работы с Керебер против нее и в пользу Азаренко?

— Конечно, я предоставил Вике так много информации, как только мог. Она прекрасно анализирует. Хорошо готовится к поединкам. Очень умная теннисистка. Я могу дать ей наставление во время матча, и она ис­поль­зу­ет информацию. Против Кербер Вика провела один из лучших матчей в году.

— В феврале Вика объяснила нам решение работать с вами снова так: «Я почувствовала, что мне нужен человек, которому я доверяю и с которым мне комфортно. Такой человек, который раз­би­ра­ет­ся в теннисе. Вим подходит мне как тренер, особенно в теперешний момент».

— У нас оди­нако­вое видение того, каким должен быть теннис Вики и что мы должны делать для этого. Я очень требовательный, мне нравится работать усердно. В то же время я всегда настроен позитивно. Если я вижу, что Вика вык­ла­дыва­ет­ся по полной и промахивается несколько раз, то я не буду злиться. Думаю, человек с таким ха­рак­те­ром подходит Вике. Она часто спрашивает, за счет чего она могла бы исполнить тот или иной элемент лучше. Она хочет услышать совет. Она готова к тому, что прозвучит что-то негативное, но в конце все равно будет что-то ободряющее.

Что касается состояния, в котором она приняла решение позвать меня в команду, то я бы описал его как потерю уве­рен­ности в себе. Думаю, она чувствовала, что я по-настоящему верю в нее. Для меня она по-прежнему топ. Я бы даже сказал, что по игре на данный момент она должна быть в топ-5. Я полностью уверен в ней, как и в том, что мы добьемся успехов. Вне сомнений. Стараюсь передать ей свою уверенность.

— Зимой Вика провела хорошую предсезонку. Какими были ваши ожидания от ее выступления на начало года?

— Очень высокими. Восемь недель подряд Вика вык­ла­дыва­лась на тренировках. Я был рад ее отношению к делу. А потом мы поехали на турнир в Окленд, и то, что я увидел там, не соответствовало ожиданиям. У нее вообще не было уве­рен­ности в себе и своих ударах, игра не была хорошей. Эта ситуация заставила задуматься.

Да, меня не было с Викой год назад, когда у нее не получалось побеждать регулярно и не было много побед над топами. Некоторые тех­ни­чес­кие моменты она изменила, но эти решения не приносили желаемого результата. Спрашивается, откуда в таком случае взяться уверенности? У Вики было много вопросов к себе. А теннис — такой вид спорта, в котором ты можешь тре­ниро­вать­ся пять месяцев, но все равно не будешь готовым играть матчи. Так или иначе уве­рен­ность приходит с практикой и победами. Неважно, какой рейтинг у соперников. Для начала нужно начать побеждать.

Мнение. Азаренко — всё или есть жизнь после вылета в первом круге Australian Open?

Мы все видели, что и на открытом чем­пи­она­те Австралии Вика не была хороша. Это была точно не та Вика, которую я знал раньше. Несмотря на обстоятельства, мы продолжали работать на корте. Если раньше мы делали ставку на развитие фи­зичес­кой силы, то с тех пор за­нима­лись тех­ни­чес­ки­ми моментами. Например, удары с форхенда оставляли желать лучшего.

Чтобы вернуть уверенность, мы тренировали удары партиями по сто мячей, а также добавили в расписание несколько турниров — Санкт-Петербург и Акапулько. Выиграть несколько матчей — это было полезно для Вики. С той же целью она за­яв­ля­лась на турниры в парном разряде. Скажем, из ситуации с супертай-брейком можно извлечь много пользы для одиночной игры.

Вика сыграла лучше, чем раньше, в Акапулько. В Индиан-Уэллсе провела хороший поединок с Сереной Уильямс (5:7, 3:6. — Прим. TUT. BY). В Майами у Вики был не лучший матч с Каролиной Гарсией (3:6, 4:6. — Прим. TUT. BY). В Монтеррее вы видели, как победы добавляли Вике уверенности, и она дошла до финала. Она ста­нови­лась все сильнее и сильнее и сейчас очень хороша.

— Какой Вика возв­ра­ща­ет­ся к вам после игр за сборную?

— Я немного вол­но­вал­ся из-за того, какой Вика приедет в Штутгарт после турниров в Акапулько, Индиан-Уэллсе, Майами, Монтеррее и отлучки в Австралию в апреле на матч сборной. Тяжелый график. Вика вернулась из сборной с гордостью за страну и проделанную работу, полной энергии. Она гордится тем, что является белоруской, и любит выступать за сборную. У Беларуси прек­расная команда в Кубке Федерации. Это команда с амбициями, которая может многого достичь.

— После Штутгарта, где Вика победила Каролину Плишкову, вы констатировали — Вика вернулась, что стало возможным благодаря мен­таль­ной работе, которую она проделала. Что вы имели в виду?

— Для начала Вика посчитала, что ей необходимо больше времени проводить на корте. Мы перешли на режим двух­ра­зовых тре­ниро­вок на корте. Кроме того, Вика ана­лизи­рова­ла себя, свои чувства. Задавала себе вопросы о том, что она чувствует, когда у соперника по­яв­ля­ют­ся брейк-пойнты. Она нервничала. Ладно, и что ты делаешь в этот момент? Фо­куси­ру­ешь­ся на дыхании или ста­ра­ешь­ся завести себя перед следующим розыгрышем? Она ставила вопросы и искала решение, чтобы помочь себе вернуться.

В моем предс­тав­ле­нии Вика су­перу­верен­ная сильная женщина. В играх против сильных оп­по­нен­тов она по­казы­ва­ет свой лучший теннис. Она должна играть на лучших кортах против лучших в мире. И то, что случилось в ее жизни (борьба в судах за право на опеку над сыном с бывшим бойфрендом. — Прим. TUT. BY), — против нее. Понятно, что ей тяжело. Трудно иг­но­риро­вать проблему. Даже ей, сильной по натуре женщине, не­об­хо­димо было отс­тра­ивать заново уве­рен­ность в себе.

— Каково же вам было как тренеру в период с января по апрель, пока у Вики не было результатов?

— Анализировал всю нашу работу. После открытого чем­пи­она­та Австралии понял, что в предсезонку нам следовало больше внимания уделить работе на корте. По большому счету про­валь­ным был только один месяц, а дальше мы искали выход из ситуации.

«Жить в Минске, должно быть, за счастье для спортсменов»

— В паузу между «Ролан Гаррос» и травяной частью сезона вы заехали в Минск. Бывали ли здесь раньше?

— Не так много раз, так как в такое время стараюсь на­ходить­ся с семьей. Это мой третий раз в Минске.

— Что по­зитив­но­го и негативного вы узнали о Беларуси?

— Остался под впе­чат­ле­ни­ем от всех увиденных спор­тивных объектов. Невероятно, как много красивых спор­тивных со­ору­жений в Беларуси. Фантастика! Что касается кортов, то они в хорошем состоянии. Жить в Минске, должно быть, за счастье для спортсменов.

Еще я удивился тому, как в Минске чисто. Это одно из самых чистых мест, которые я когда-либо видел. Идешь по улице и хоть бы к чему придраться, но нет, чисто. И, конечно, природа. Мне нравится бегать по парку и наслаждаться красотой природы.

Негативное? Нужно подумать. Может, здесь холодно зимой?! А так ничего такого не заметил. Мое пре­быва­ние в Минске могу назвать всегда хорошо про­веден­ным временем. Как-то с семьей Вики мы выбрались в ресторан, и мне все понравилось: сервис, еда, обстановка. Узнать больше о Беларуси, как о Румынии, когда работал с Симоной Халеп, как о жизни в Лондоне во время сот­рудни­чест­ва с Йоханной или в Польше, где находится дом Кербер, не успел. Оно и неудивительно. В общей сложности в Минске я провел, наверное, четыре недели и каждый раз был занят тре­ниров­ка­ми с Викой.

— В интервью за 2015 год бывший спарринг-партнер Вики Саша Бажин рассказывал нам, что мама Вики прекрасно готовит. Для каждого в команде Вики она готовила спе­ци­аль­но и могла принести еду прямо на корт. Удалось ли вам оценить ку­линар­ные таланты Аллы Валентиновны?

— Думаю, она сейчас занята тем, что прис­матри­ва­ет за Лео. Нет, конечно, кое-что из блюд мамы Вики я пробовал и могу подтвердить, что она прекрасно готовит.

— Общаетесь ли вы с Сашей Бажином? При нем Наоми Осака стала первой ракеткой мира. Видите ли вы в этом заслугу тренера?

— Да, конечно, это заслуга Саши. Он проделал хорошую работу как тренер. Думаю, его опыт вза­имо­дей­ствия с Сереной Уильямс, в команде которой он много лет был в качестве спарринг-партнера, и ее тренером Патриком Муратоглу, после — работа с Викой привели к тому, кто он есть сегодня. Саша многому научился за последние десять лет, и его знания помогли Осаке стать первой ракеткой мира.

Общаемся ли мы с Сашей? Да. В теннисе ты всегда с кем-то общаешься, но в то же время являешься частью чьей-то команды. Когда вы в разных командах, вы видите друг друга, но вряд ли это можно назвать близкими отношениями.

— Как Вика обходится без спарринг-партнера сейчас? Он что, не очень-то нужен?

— Как я это вижу, нет. Ор­га­низа­торы боль­шинс­тва турниров обес­пе­чива­ют игроков спаррингами. А еще я считаю, что лучше играть с разными людьми, чем постояно с одним и тем же человеком, который одинаково возв­ра­ща­ет мячи на твою половину корта. Вика чаще играет в девочками…

— С Элиной Свитолиной, например.

— Да. В начале сезона, когда Вике не хватало практики, за три дня до начала турниров мы даже проводили тренировки, как реальные матчи, длиной в один сет. В Минске тоже много прек­расных игроков, с которыми можно потренироваться.

— Коучинги Дмитрия Турсунова для Арины Соболенко очень эмоциональныеи грубые.

— Да.

— Кажется, вы знаете?!

— Да, видел их разговор в Индиан-Уэллсе. Это тот коучинг, который не был коучингом. Мол­ча­ливый коучинг. Вероятно, он является следс­тви­ем возникших перед матчем разногласий.

— Да, но обычно Дмитрий и Арина не ограничивают себя ничем, хоть и знают, что их речь выдают в прямом эфире. И если их общение можно назвать грубым, то ваше с Викой — каким? Раз­го­вором двух интеллигентов?

— Некоторым игрокам не­об­хо­димы грубые слова, чтобы взбодриться. Кербер нужно помочь достичь эмо­ци­ональ­но­го рав­но­весия и меньше говорить про тактику. В случае Вики мы говорим с ней о стратегии.

Как я объяснял, у нас с Викой очень открытые отношения. Я могу прочесть ее по языку тела. Понимать, что нужно игроку, и есть работа тренера. Если что-то идет не так, мы говорим об этом. Когда Вика вызывает меня на корт во время матча, она хочет услышать, что она может сделать лучше. Если я буду молчать… Нет, я понимаю, что Арина моложе Вики. Она под­верже­на влиянию эмоций, у нее случаются взлеты и падения по ходу матчей. Вика тверда характером, сильна психологически. Она больше не будет сходить с ума и разбивать ракетку в хлам.

— А вот тут не согласимся с вами. Когда Вика злится, летают ракетки, она спорит с судьями, ругается. В матче против Софьи Кенин в Акапулько она по­руга­лась с отцом Софьи и ее тренером, который бубнил на трибуне. Помните?

— Та ситуация — ошибка судьи. Проблема с отцом возникла из-за того, что в туре не знают, что иногда он не может конт­ро­лиро­вать себя. А судья смотрел на отца, смотрел и ждал какой-то реакции. И лишь в третьм сете судья сделал пре­дуп­режде­ние отцу Софьи. Иг­но­риро­вание этой ситуации со стороны Вики показало бы нам, что она еще сильнее, чем мы думали. Она сильна, но когда отец Софьи что-то сказал в ее адрес, она не сдержалась. Это нормально.

— Что вы делаете, когда Вику пе­репол­ня­ют эмоции?

— Если она обращает их себе на пользу, ничего. Злость и крики позволяют Вике выйти на необходимую агрессию в игре. Не нужно пытаться сделать из Вики робота. Вика — это всегда эмоции. Она ве­лико­леп­ный шоумен и суперзвезда. Ей нравится общаться с толпой фанатов тенниса и заставлять их смеяться. Чтобы попасть на топ-турнир, люди покупают билеты. Вика от­ра­баты­ва­ет стоимость билетов, так как сражается до последнего очка в матче. В интересах Женской теннисной ассоциации — чтобы Вика про­дол­жа­ла ста­новить­ся сильнее и чтобы к ней пришли результаты.

— Пока ей не везет с жеребьевкой. На четырех грунтовых турнирах Вика неизменно получила во втором раунде кого-то из топ-10.

— Ты ничего не можешь с этим поделать, когда твой рейтинг в районе со­роко­вого места. Ты не можешь быть сеянным игроком. Что ж, это тоже часть тенниса. Ты можешь злиться, а можешь кон­цент­ри­ровать­ся на том, чтобы победить и расстроить кого-то из топ-5.

Что касается грунтовой части сезона, то ее Вика провела очень хорошо. Играла на высоком уровне. В Мадриде уступила Слоан Стивенс в трехсетовом поединке (4:6, 6:2, 2:6. — Прим. TUT. BY), в котором могла победить. Проиграла Каролине Плишковой (7:6, 2:6, 2:6. — Прим. TUT. BY) в Риме и первой ракетке мира Наоми Осаке на «Ролан Гаррос» (6:4, 5:7, 3:6. — Прим. TUT. BY). Неприятно, что с ними Вика со­пер­ни­чала на ранних стадиях, но сейчас мы ничего не можем поделать, кроме как похвалить себя за работу и проанализировать случившееся. Мы почти там, где хотим быть.

— Когда Вика станет первой ракеткой мира? Об этом желании она расс­ка­зала на пресс-конференции в Минске 12 июня.

— Трудно спрогнозировать. Я только знаю, что Вика не сдается: ставит перед собой цели и добивается их. Никакого давления по этому поводу мы не испытываем, а просто идем к намеченному, упорно работаем неделя за неделей.

— Вика говорит, что вы собираете игру по крупицам. Над чем вы работаете сейчас?

— Матч с Осакой на «Ролан Гаррос» показал, насколько важно сохранять стабильно высокий уровень тенниса в момент, когда ты устал. На протяжении прак­ти­чес­ки двух сетов Вика конт­ро­лиро­вала ситуацию и, увы, не дожала. Ее не хватило на полный матч против первой ракетки мира. Вике нужно больше таких игр. А в остальном мы практически собрали мозаику.

Источник: TUT.BY

18 Июня 2019

 
 
ИнРеСО 2005-2012 © Powered by OmCMS8